Притча — это не просто рассказ, притча — это сосредоточение мысли, взаимосвязи поступков и последствий, морали и примеров человеческой мудрости.

Если просто сказать человеку умную мысль — он кивнет и продолжит жить как прежде, если же эту мысль превратить в притчу и рассказать ее со смыслом, с расстановкой — есть большой шанс, что важная идея притчи просочится через все двери сознания и попадет в самые глубины души, позволит задуматься над своей жизнью, своими целями и желаниями. Притчи не навязывают точки зрения, выводы, не диктуют вам, как надо жить, они лишь рассуждают о возможных последствиях того или иного поведения и дают возможность взглянуть на себя со стороны в слегка иносказательной форме. Притчи не могут обидеть или ранить, а могут лишь подсказать и научить.

Читайте притчи, размышляйте над ними, осознавайте, и ваши сердца наполнятся мудростью, а разум — пониманием.

Притча «Над пропастью»

Однажды атеист, прогуливавшийся вдоль обрыва, поскользнулся и упал вниз. Пока он падал, ему удалось схватиться за ветку маленького дерева, росшего из расщелины в скале. Вися на ветке, раскачиваясь на холодном ветру, он понял всю безнадежность своего положения, поскольку способа подняться наверх не было. Его руки, державшиеся за ветку, ослабевали.

— Ну, — подумал он, — только Бог может спасти меня. Я никогда не был верующим, но, может быть, стоит попробовать. Что я теряю?

— Бог! Если ты существуешь, спаси меня и я буду в тебя верить!

Ответа не было.

— Пожалуйста, Бог. Я обязательно стану верующим, только спаси меня.

Вдруг великий глас раздался с облаков:

— Э, нет, ты не станешь! Я знаю таких, как ты!

— Пожалуйста, Бог! Ты ошибаешься! Я буду верить!

— Ну хорошо, я спасу тебя… Отпусти ветку.

— Отпустить ветку?! — воскликнул человек. — Не думаешь ли ты, что я сумасшедший?

Притча «Зачем обижать верблюдов?»

Старый крестьянин сильно занемог и к вечеру умер. Он оставил после себя трех сыновей да семнадцать верблюдов. В завещание говорилось, что половина верблюдов должна достаться старшему сыну, одна треть — среднему сыну, одна девятая — младшему сыну.
Однако сыновья были в замешательстве. Что же делать? Ведь семнадцать не делится пополам, но даже если разрезать одного верблюда на две части, то как потом выделить второму сыну третью часть!

Наследники отправились за советом к ученому человеку, который знал математику и философию.
— Если точно следовать букве завещания, то верблюдов придется разрезать, а так каждый получит свою долю.

Сыновья не хотели убивать животных, поэтому они пошли за советом к старому шейху.
Шейх выслушал их и рассмеялся.

— Не беспокойтесь, — сказал он, — возьмите на временное пользование моего верблюда. Тогда всего будет восемнадцать. Девять пусть заберет первый сын, шесть — второй сын, а два верблюда или одна девятая достанутся третьему сыну. Оставшегося же верблюда я заберу обратно.

Притча «Посмотри на мир в лучах восхода»

Жил-был очень богатый купец. Он всю жизнь торговал дорогими тканями. Объездил многие страны, был удачлив в делах, получая большие доходы. В этом заключался его единственный интерес в жизни.

Однажды он прослышал, что в городе появился загадочный мудрец, который не отказывал никому в совете.

— Может, мудрый человек подскажет мне, как еще больше приумножить мои богатства, — подумал купец и отправился к мудрецу.

— Отправляйся на восток, — сказал мудрый человек, — там найдешь голубую вершину. Внимательно встречай три восхода, тогда увидишь, что тебе надо.

Три дня просидел купец на высокой горе, но ничего не увидел интересного.

— Я не повстречал ничего такого, чего бы не видел прежде, — сказал купец мудрому человеку. Что же помешало мне заметить сокровища?

— Твои представления о богатстве, — ответил мудрец. — В лучах восхода весь берег реки переливался алмазами, но ты упустил их.

Притча о солнце в капле росы

Однажды к мастеру дзен Банкэю пришел один странствующий монах по имени Кагэки.
— Не знаю, что случилось со мной, учитель, — сказал монах, — но я разочаровался в своих странствиях. Долгие переходы и красивые земли перестали меня вдохновлять, и я уже не вижу смысла в бродяжничестве. Но и оседлый образ жизни меня по-прежнему отталкивает. Что мне делать?

— Для начала приходи ко мне завтра на чай, — сказал Банкэй.

— Но я болен, учитель, я не в состоянии ничего есть и пить! Еще один день, и я умру от тоски и отчаяния.

— У меня целебный чай, — сказал Банкэй и попрощался с монахом.

Зная об утомительной чайной церемонии, которая является в японских монастырях священной и которая иногда длится целый день, Кагэки явился на утро к Банкэю совершенно раздраженным.

— Солнце сегодня, как разгоряченный колокол, и небо цвета индиго — можно думать о прекрасном! — поприветствовал Банкэй своего гостя и пригласил в дом.

Он усадил Кагэки за стол и протянул ему пустую чашку. Монах в недоумении посмотрел на Банкэя:
— Но что это значит, учитель?

— Ты должен научиться пить из пустой чашки, — ответил мастер.

— Но я не понимаю, — все так же недоумевал монах.

— Учись видеть смысл там, где другие ничего не видят, и ценить то, что для других просто не существует, — и ты избавишься от своего недуга. Тогда и в капле росы увидишь солнце.